Я вторгся с вездесущим бесом в паре
Из мира измерений – за Предел,
Туда, где нет ни времени, ни твари,
Но только Хаос, бледен и дебел.

Говард Лавкрафт

Глава VI. Храм Свентовида

Элиада очнулась на белом благоуханном ложе. Лежала она на открытой террасе, продуваемой теплыми ветрами. Над головой плыли светлые облака. Высокое, нежно-голубое небо, ласковое солнце. Элиада любовалась невиданными ароматными цветами.


С террасы открывался захватывающий вид. Изящные белокаменные дома утопали в буйной зелени и цветах. На горизонте тянулась голубая цепь гор.


Элиада пребывала в блаженном беспамятстве. Не помнила она свой мир, свое прошлое, свой страшный рок. Неслышно вошла высокая стройная жрица. Ее гордая царственная красота показалась деве знакомой. Синий взгляд и теплая улыбка. Тонко очерченное волевое лицо. Солнце играло в ее светло-русых длинных волосах.


"Приветствую тебя, дева Элиада. Я жрица Аматея, сестра Сокола. Ты находишься в Гиперборее, в Храме Старших Богов. Отныне ты посвящена Свентовиду, Деду нашему" - мелодичный голос неторопливо звучал в голове Элиады. Сокол! Вот она схожесть. Вспышкой молнии вернулась к деве память. Она покачнулась от ужаса, едва не упав. Клятвопреступница! Ничто не спасет ее от бесчестия. Подхватила деву тонкая крепкая рука. Твердый ясный взгляд Аматеи был бездонно-синим, как у ее брата.


"Вместо постыдной участи жертвы - светлая доля жрицы Свентовида. Ты чиста пред богами. Пойдем, тебе следует многому обучиться" - Аматея уверенно повела растерянную Элиаду вглубь Храма, минуя белые колонны. Не решаясь спросить о сокровенном, затаив дыхание, смотрела дева на величавую светлую красу огромного Храма. Невзирая на размеры, казался он парящим, сотканным из воздуха и света.

Остановившись, обернулась лицом жрица Аматея. "Не печалься о моем брате. Он великий воин. Он справится с легионами Тьмы". Но волновалась за брата божественная Аматея. Бледность и лихорадочный блеск глаз выдавал ее.

"Я увижу его?" - решилась спросить Элиада. "Увидишь. Здесь, в Храме своего Деда, он бывает часто". Две женщины из разных миров, схожие разной, но неподдельной любовью к Соколу, исчезли во внутренних покоях Храма.