Я вторгся с вездесущим бесом в паре
Из мира измерений – за Предел,
Туда, где нет ни времени, ни твари,
Но только Хаос, бледен и дебел.

Говард Лавкрафт

Глава V. Возвращение

Я очнулась на родном диване в киевской квартире. Стоял золотой осенний день.

«Вот чёрт!»- подумалось мне.

«Это только сон. Жаль.» Окинув взглядом комнату, я заметила странную перемену в обстановке. Мой диван, немножко громоздкий для этой квартиры, давно погибший письменный стол, старый одёжный шкаф, старый телевизор.

В комнату, виляя хвостом вошла умершая десять лет назад собака. Я услышала голос матери, зовущий меня к обеду. Не было моих котов, моей гитары, ноутбука. Украдкой я заглянула в зеркало старого шкафа. На меня задорно смотрела девочка лет пятнадцати.

« Вот это да!» В комнату вошла мама. Она выглядела на двадцать лет моложе.

- Почему ты молчишь?- удивлённо и сердито спросила она. Я глупо улыбалась, поглаживая собаку. Вторая комната выглядела иначе, чем в моём мире. Мысли лихорадочно теснились в голове, в груди, холодея, назревала истерика.

Я послушно отправилась на кухню есть борщ. Кухня выглядела чистой и уютной, но сейчас это не радовало. « Что делать?»- думала я. В голову пришла мысль.

- Мама, а где календарь?- спросила я, как можно беззаботней. Обычный отрывной календарь показывал 26 октября 1990 года.

« Они отправили меня в другой год. Без гитары. Может она где-то здесь?!» -  безумные мысли точили меня.

Необычный уют и порядок в квартире, говорили о том, что мы проживали с мамой вдвоём, каждая в своей комнате. Я благоразумно воздержалась от вопросов о семье брата, хотя они и вертелись на моём языке.

- Кушай быстрее, нам сегодня на концерт, ты не забыла? - ласково спросила мама.

« Ого! Сплошные концерты. Просто фестиваль.»

- Мам, а на что мы идём? -  спросила я.

- На эстрадный концерт в Украину.

« Концерт это хорошо».

У меня возникла надежда найти выход из абсурдной ситуации. После обеда я рискнула выйти прогуляться -  манил золотой октябрьский день.

Родной двор пятнадцать лет назад. Орех и груша у подъезда совсем молодые. Со мной здороваются давно умершие соседи.

Я направляюсь в нетронутый в те времена лес, ставший ныне парком. Лёгкая беззаботность давно ушедших времён! Пряный острый запах листвы щекочет ноздри. Я наслаждаюсь исчезнувшими видами прекрасной Феофании.

Мягким, серо-голубым вечером мы отправляемся во Дворец «Украина». Я заворожено смотрю на сцену.

В полумраке заманчиво сверкают музыкальные инструменты - ударные, клавиши, электрогитары.

Бас вполне земной, электрический. Я не уверена, что смогла бы сыграть на нём. Концерт начинается.

Меня знобит. После магии Невыразимых, земная музыка кажется плоской и невыразительной. Меня охватывает глубокая тоска. Нет мне места в мире людей.

Мы возвращаемся домой глубоким бархатным вечером. Пустые дороги, древние троллейбусы и автобусы. Я ложусь спать, надеясь утром проснуться в своём времени.

« А диван-то, из моего времени!» - с этой мыслью я провалилась в спасительное забытьё.